"Небесная"...

Так назвал свой новый музыкальный инструмент французский мастер Огюст Мюстель. На Всемирной выставке в Париже в 1889 году её представили ценителям прекрасного. Звук "небесной" - челесты - действительно удивительный, воздушный, невесомый, подобный ангельским колокольчикам. Секрет в металлических (иногда стеклянных) пластинках, спрятанных в небольшом корпусе, похожем на маленькое пианино. У нас в России челеста впервые появилась благодаря Петру Ильичу Чайковскому. Он услышал её в Париже, влюбился в её сказочный звук и попросил своего издателя Юргенсона приобрести инструмент, но в большой тайне.
«Я открыл в Париже новый оркестровый инструмент, нечто среднее между маленьким фортепиано и глокеншпилем, с божественно чудным звуком. Называется он Celesta Mustel и стоит тысячу двести франков. Инструмент этот я хочу употребить в симфонической поэме „Воевода“ и в балете. <…> Купить его можно только в Париже у изобретателя, г. Мюстель. Я хочу тебя попросить выписать этот инструмент. <…> Так как инструмент этот нужен будет в Петербурге раньше, чем в Москве, то желательно, чтобы его послали из Парижа. Но при этом я желал бы, чтобы его никому не показывали, ибо боюсь, что Римский-Корсаков и Глазунов пронюхают, раньше меня воспользуются его необыкновенными эффектами. Я предвижу колоссальный эффект от этого нового инструмента».
Челеста дала свой тембр самой рождественской и самой сказочной музыке Чайковского - танцу Феи Драже из "Щелкунчика". Это удивительный балет, в котором великая музыка о настоящей любви и настоящем чуде сочетается с жутким конфетно-карамельным сюжетом... Но сердце не обманешь. И когда я слышу звук челесты из "Щелкунчика", я понимаю, что это голос ангелов, и драже с марципанами тут ни при чём...

И это - новая страничка моего календарика.